#img_center_nostream#
"Если бы сегодня Иисус спустился в Китай и увидел так много жизней, включая последователей Фалуньгун, которые подвергаются репрессиям, что бы Он сделал? Если бы Он отказался спасти их или заступится за них только из-за того, что они не являются христианами, было бы обоснованным его утверждение ‘Я – путь, Я – истина, Я – жизнь’?"
Гао Чжишен у себя на родине на севере провинции Шааньси, 31 марта.
31 марта адвокат Гао Чжишен вернулся в родной город, где на следующий день посетил похороны своего дяди. Многие родственники Гао прочли его статьи и обращения. На похоронах Гао прочитал траурную речь. В этот день он как всегда по субботам проводил в знак протеста голодовку.
Гао Чжишен: бандиты продолжают преследование! С женой и ребенком чуть не произошел несчастный случай
31 марта Гао Чжишен захотел поблагодарить читателей “Великой Эпохи». "Я хочу поблагадорить каждого за заботу о моей семье. Многие люди звонили или присылали сообщения, чтобы спросить о моей семье, выразить свою поддержку и беспокойство о моей поездке или предложить полезный совет. Например, мне посоветовали когда стою, смотреть на 500 метров впереди и сзади, и когда иду на 10 метров, и т.д.».
О преследовании китайской компартией, которому подверглись Гао и его семья, он сказал: "Ещё вчера люди из провинции Синьцзян околачивались у моего порога, не знаю, здесь ли они сегодня. Шпионы КПК следят также и за моей женой. Эти трусы, которые следят за мной вот уже больше 100 дней, даже не жалеют мою жену. Они полагают, что она может навредить КПК только потому, что она – моя жена. Мой дом снова находится под наблюдением 24 часа в сутки. Она несколько дней не выходила на улицу, но сразу узнала авто Mazda, следившую за мной. Эта машина уже ждала на улице когда она вышла из дома. В ней находились двое в темных очках. Как только она прошла мимо них, один из них немедленно вышел из автомобиля и последовал за ней на велосипеде".
Вчера, моя дочь Жеже позвонила мне и спросила: "Папа, ты скоро приедешь домой?" Я ответил: "Папа только недавно уехал, он не может вернуться так быстро". Она сказала: "Разве ты не говорил, что собираешься приехать в апреле? Ты всегда держишь своё слово, а завтра уже апрель". Жеже снова позвонила мне сегодня около семи, чтобы спросить когда я приеду домой. Она заплакала, когда я попросил её быть осторожней. Я спросил ее: "Почему ты так часто плачешь в последнее время?". Она ответила: "Твоя поездка в этот раз отличается от предыдущих".
Во время интервью 1 апреля, голос Гао Чжишена был серьёзным и хриплым. Он заявил: "Я настоятельно выступаю против этого преследования и постоянного окружения шпионами КПК моей семьи! Сегодня один из шпионов снова следовал за моей женой и ребенком. Тактика, которую он использовал, ещё более отвратительна, чем когда он следил за мной, потому что иногда у меня при себе видеокамера и в глубине души он меня боится. Сегодня, они тайно последовали за моей семьей в своих автомобилях, на мотоциклах и велосипедах. Я разоблачаю их омерзительные поступки всем людям мира. КПК собрала группу бандитов, которые применяют к моей семье свои грязные трюки 24 часа в сутки".
Повсеместное распространение Девяти комментариев позволяет высокопоставленным чиновникам увидеть истинную природу КПК
Гао Чжишен: (31 марта) Я знаю, что Broad Press Inc. издало сборник моих статей. Жаль, что такие публикации запрещены в Китае; однако, они определенно будут распространяться тайно. Возьмите к примеру Девять комментариев – двое моих друзей сказали мне, что они встретили полицейского в провинции Гуандун, который даже посмотрел Девять комментариев на DVD. Однажды они встретили продавца, который продавал обычные DVD по девять юаней (US$ 1.1) за штуку. Через некоторое время этот продавец спросил по секрету моих друзей, не хотели ли бы они купить копию Девяти комментариев. Они ответили ему, что распространение Девяти комментариев является опасным и спросили, как он не боится этим заниматься. Продавец ответил, что он был полицейским.
Репортер: Широкая общественность знает об этих Девяти комментариях?
Гао: Уже многие люди знают. Не слышали ли Вы о человеке из Фучан, который недавно целый день проводил голодовку в знак поддержки практикующих Фалуньгун? Он сказал, что узнал о Девяти комментариях из моих статей и понял многие вещи после того, как сам их прочел. В прошлом году он разослал более 100 копий Девяти комментариев, чтобы помочь еще большему количеству людей узнать правду.
Я глубоко восхищаюсь авторами Девяти комментариев! Им пришлось собрать огромное количество доказательств, вдобавок, они обладают обширным знанием китайской истории. Я понятия не имею, как они сумели найти такие точные исторические данные. До появления Девяти комментариев, широкая публика знала очень немного о КПК. Мы знали о многих плохих делах совершенных КПК, но не совсем понимали её дьявольскую природу.
Репортер: Я слышал, что в Пекине один полицейский прочел первые несколько глав Девяти комментариев и его это настолько заинтересовало, что, для того, чтобы прочитать остальные, он пошел в дом человека, который находился у него под наблюдением, и попросил у него оставшиеся главы. Тот человек не очень хотел отдавать свою копию Девяти комментариев полицейскому и сказал ему: «Вы можете взять мою копию и снять с нее копию в полицейском участке».
Гао: Такие случаи очень интересны. На самом деле, у многих высокопоставленных чиновников КПК имеются Девять комментариев. У них есть возможность достать эти материалы, и они имеют об этом ясное представление. Многие из моих друзей – сотрудники отдела уровня Комитета Общественной Безопасности, или таких учереждений как Центральный Офис КПК по Международным Отношениям, Государственного Управления по Промышленности и Торговле, Управления Государственного Налогообложения, а один – сотрудник Государственного Комитета Планирования. Все они находятся на уровне областных отделов или комитета или еще выше. Они такие же как я, и у меня с ними прочные отношения.
Однажды, во время застолья, я упомянул про Девять комментариев, а они все их уже прочли или смотрели на DVD! Они отличаются от местных бюрократов. Эти люди – фактически чиновники государственных органов, не обладающие реальной властью, но имеющие ясное представление, они относительно открыты. Особенно когда они находятся на таком уровне, все они имеют ясное представление о природе КПК, и относительно хорошо понимают эти вопросы.
Репортер: Что люди в Китае думают о Фалуньгун?
Гао: (31 Марта) От общения с обычными людьми с которыми я встречался, у меня сложилось впечатление, что им кажется что репрессии КПК в отношении Фалуньгун являются очень жестокими. Они говорят, что они не знают, что такое Фалуньгун, но полагают, что если КПК подавляет Фалуньгун, то это должно быть что-то хорошее, что они [практикующие Фалуньгун] – все хорошие люди.
Однако, некоторые китайцы, включая некоторых так называемых авторов, которых я встретил, довольно трусливы. Они не участвовали в написании Девяти комментариев, так что они не будут хорошо о них отзываться, особенно, когда множество других людей восхваляют Девять комментариев. Это как с Эстафетой голодовки – люди, которые считают себя "защитниками прав человека" – в ней не участвуют и критикуют нас за это. " Если я это не понимаю, то я не буду в ней участвовать". Подобное мышление – только оправдание, чтобы не быть вовлеченным.
В самом начале Эстафеты, кто-то спросил у одного активиста по правам человека: Почему Вы не поддержите призыв Гао, почему не принимаете участие в Эстафете голодовки, почему не выступите в поддержку Фалуньгун? Этот активист тонко изменил смысл, чтобы казалось, что нас главным образом волнует вопрос о признании Фалуньгун. Это не так. Скорее мы выступаем от лица последователей Фалуньгун потому, что они люди, и их права нарушаются.
Вопрос, который нужно себе задать: защищены ли их права и интересы? Но они только выступают здесь и там, они притворяются, что ничего об этом не знают, чтобы показать, что это проблема Фалуньгун. Они очень хорошо знают об этой проблеме, но предпочитают распространять ложные слухи о том, что якобы я представляю интересы Фалуньгун.
Однажды, на собрании Христианской семейной церкви, один человек сказал: "Брат Гао продолжает защищать Фалуньгун". После того, как он закончил, я сказал, что так как Вы выступаете с речью, я не могу отнимать у Вас много времени. Однако, Ваше заключение неправильно.
Вы сказали, что я защищаю Фалуньгун и представляю интересы Фалуньгун. Я хотел бы подчеркнуть, что прежде всего: когда я не знаю Иисуса Христа, как человек из мира людей, я делаю это согласно своему пониманию социальной справедливости, я выступаю в их поддержку из чуства справедливости; когда я знаю Иисуса Христа, я должен их поддерживать ещё больше; во-вторых, позвольте мне Вас поправить – Вы сказали, что я говорю от имени Фалуньгун, но я Вам скажу, я выступаю от имени всех китайцев! Я выступаю в защиту тех, кто подвергся репрессиям! Я выступаю в защиту жертв, столкнувшихся с несправедливостью!
Если бы Иисус Христос сегодня оказался бы в китайском обществе и увидел как много жизней, как много практикующих Фалуньгун подвергаются пыткам в таком крупном маштабе, что бы сделал Иисус? Если мы не будем их спасать и заступаться за них только потому, что они не христиане, тогда может ли Иисус Христос все еще открыто заявлять: «Я – путь, Я – истина, Я – жизнь? Посмеет Он так сказать?» Тот человек немедленно согласился с моей точкой зрения.
Вообще говоря, нам больно видеть людей, которые думают подобным образом.
Чжао Цзыфа. Великая Эпоха
