Она имела в виду: ‘Ты действительно подводишь меня. Почему ты такая толстая?’ Чтобы оправдывать надежды моей матери, я начала доводить себя до рвоты после принятия пищи. Фактически я удаляла из себя всё, что съедала. Я сама удивлялась своей силе воли в исполнении намерения. Я считала, что никогда не потолстею, независимо от количества съеденного, потому что через час заставлю себя всё отрыгнуть". "Ваша мать знала, что вы развивали привычку к рвоте после еды?" – спросил я у Хэйди.
"Мы никогда не говорили об этом, но какая мать не догадается, когда её ребенок запирается в ванной прямо после еды?" Хэйди выглядела невыносимо взволнованной и грустной.
Я вырос в Китае и неоднократно голодал в детстве, поэтому не мог представить себе, как кто-то захочет, чтобы его вырвало хорошей едой. Зачем? Я сильно недоумевал. Я хорошо помню, как мой старший брат упал в голодный обморок на спортивной площадке школы на уроке физкультуры. Я подбежал к нему и понял, что он упал в обморок от голода. Я долго переживал за него. Как многочисленные семьи в Китае, мы страдали от бедности, у нас никогда не было достаточно еды на столе в моём детстве. Я часто вспоминаю то мгновение, когда мой брат упал в голодном обмороке.
Хэйди продолжала свою историю: "Моя мать не хотела, чтобы я полнела, но продолжала готовить высококалорийную пищу, типа ростбифа и картофеля-фри. Не было блюда на столе, которое не содержало бы много калорий. Я любила поесть, и мой аппетит всё возрастал. За одним обедом я могла съесть еды столько, сколько требуется для целой семьи. Я не могла справиться с этой жаждой. Съедая так много, я каждый раз говорила себе: ‘После этой еды, я начну управлять моим аппетитом’.
"Желудочная кислота, выделявшаяся с рвотой, повредила мне эмаль зубов, и я была вынуждена сделать покрытие обнажённой пульпы зубов. Мой вес постоянно менялся. У меня появился гардероб разных размеров, от среднего до экстра-большого. Когда я встречаю человека, первое, на что я смотрю, в свой ли размер он одет. Из-за моего критического отношения к фигуре и одежде, мои сослуживцы стали очень внимательны к их внешнему виду и приличию. Я могу иметь успешную карьеру и превосходную выдержку, но внутри я страдаю от булимии. Я не могу сказать никому об этом. Никто не знает, как я страдаю ночью, чтобы утром поддержать видимость успеха, чтобы выдержать это".
"Вы пытались излечиться?", – спросил я.
"Я лечилась без остановки. Но независимо от того, какое лечение я принимаю, успех его в том, желаю ли внутри я изменениться. Я никогда действительно не хотела изменить себя. Я надеялась на своё изменение от какого-нибудь волшебного метода лечения. В конечном счете должно же случиться чудо. Но прошло 35 лет. Я вообще не изменилась. Каждый день после еды я иду в ванную, закрываю дверь и делаю, чтобы меня стошнило".
"Чем же я могу помочь вам?", – спросил я Хайди.
"Вы помогли мне бросить курить и пить". В её глазах засветилась надежда.
"Вы сами захотели бросить курить и пить. Я просто применял стандартное лечение. Булимия не попадает в область традиционной китайской медицины. Честно говоря, я никогда никого не лечил от булимии".
"Вы хотите избавиться от меня?", – спросила меня Хайди.
(Продолжение следует…)
Ю Линь. Великая Эпоха
