Не хочется писать о Стамбуле про численность жителей, стоимость квадратного метра жилья на берегу Босфора и количество минаретов. Статистику можно найти в Интернете. Поэтому пишу о том, что попалось на глаза. Мир людей всегда интереснее мира цифр, интереснее своей алогичностью.
#img_gallery#
Валютная сделка
Однажды нам повезло наблюдать, как ладят между собой торговцы, как помогают друг другу найти покупателя, не соперничая и не завидуя, а наоборот, общими усилиями доводя клиента до кондиции. Клиентами оказались мы. Дело было так. Мы опаздывали в музей, который вот-вот закроется. Но у самого входа обнаружили, что нет турецких лир. А здесь правило: свободно конвертируемая валюта свободно конвертирует везде, кроме музеев и трамваев. Мы стали оглядываться в поисках обменных пунктов. Подбежал седовласый старик, решив, очевидно, что мы ищем такси. «Такси нужно?»- спрашивает по-английски.
– Нет, мы хотим поменять деньги.
– Здесь нет обменных пунктов, поедем, отвезу туда, где есть, – не упускает таксист свою возможность заработать.
– Нет, нам нужно срочно поменять деньги.
– А сколько нужно денег?
– 60 долларов (билет в музей стоит 30 долларов)
– Давай деньги, попробую поменять, – предложил таксист.
Неподалеку стояли два киоска, где продавался чай и булочки. Вокруг – только мужчины, много мужчин, ожидающих случайного заработка.
Пожилой человек взял доллары и стремительно направился к киоскам. Еще на подходе он что-то выкрикивал оживившимся у киосков мужчинам. Прямо на глазах праздное мужское сообщество приходит в движение. Едва таксист подошел, его плотно обступили его соотечественники и стали бурно что-то обсуждать. Похоже, каждый давал совет, по какому курсу нам продать лиры. Складывалось впечатление, что мы находимся в гуще валютной биржи. Старик-таксист протянул деньги продавцу чая. Тот кивнул. Нащелкал что-то на машинке и высунул калькулятор из окошка, показывая нам – согласны ли мы на такой курс? Да, согласны. Нам выдали деньги, мы благодарим и спешим к султанскому дворцу-музею. Мужчины удовлетворенно расходятся. Мне так понравилось их серьезное участие во всем процессе валютной операции, что это стоило похода в музей, который закрылся у нас перед самым носом. В довершение всего таксист, любезно оказавший нам услугу по обмену денег, произнес: «Ах, так вам в музей? Что же вы сразу не сказали, он ведь в 5 закрывается».
И тут же (куй железо, не отходя от кассы) таксист произнес: «Поехали в Таксим (европейский центр Стамбула), там рестораны, кафе и магазины, там все развлечения. Давай отвезу!»
Делать нечего, согласились. Он взял с нас недорого, правда и центр был рукой подать. Но мы поехали в объезд, так как водитель предупредил, что короткая дорога закрыта на ремонт. Мы посмеялись и расплатились, не торгуясь, нарушив тем самым рекомендации нашего гида. Но пожилой таксист нам помог, и мы были ему признательны.
Падишахский дворец Топкапы
В султан-палас мы попали через день. О, как он огромен и прекрасен! Внутренние дворики с лужайками, фонтаны, парки, в которых раньше паслись лани и козы, разгуливали павлины … Это был город в городе. В былые времена его население доходило до 5000 человек. А в дни церемониальных приемов здесь размещались до 10 тысяч человек. Но при этом сохранялась удивительная тишина – таково акустическое свойство Топкапы.
Дворец был построен на месте старого Византийского Акрополя на слиянии Босфора, Мраморного моря и залива Золотой Рог. Столь удобное расположение давало много преимуществ его правителям. Однако, ни роскошь восточного дворца, ни роспись стен и потолков золотой арабской вязью не поразили меня так, как галерея небольших портретов правителей Османского государства со времени его основания. В их числе были портреты и тех, кто оставил более яркий след в истории – Мехмеда II, Сулеймана Великолепного, Селима III, Абдулазиза, Абдулхамита II и других. Если всмотреться в их лица, кажется, можно прочесть историю Османской империи. Все султаны отличались внешностью, у кого-то были восточные черты лица, а некоторые выглядели совсем, как европейцы, но что-то общее объединяло этих людей. В их в лицах читалось чувство долга и ответственности за свой народ, глазах были мудрость и спокойствие, твердость и решительность. Царственные особы всегда несут в себе печать нелегкой судьбы. Жизнь таких людей насыщена горечью и славой, интригами приближенных и ратными подвигами. Да, на трон попадают избранные.
Во дворце Топкапы хранятся также останки мусульманских духовных лидеров, а также накидка, клочок бороды, знамя и меч, принадлежащие пророку Мухаммеду. В этой же султанской обители – огнестрельное оружие и кинжалы, подсвечники, специально изготовленные для могилы пророка Мухаммеда в Медине и золотой сундук в виде слона, меч Сулеймана Великолепного, отделанный слоновой костью и драгоценными камнями, самый большой в мире изумруд, а также алмаз «Кашикчи», весящий 86 карат и украшенный еще 49 маленькими алмазами. Несколько тронов – подарки царей и императоров разных стран, мечи крестоносцев, поражающие своей величиной (больше человеческого роста!) и много другого, весьма примечательного.
О женщинах Востока
После двух дней прогулок по Стамбулу мой спутник обронил задумчиво: какой европейский мужчина не захотел бы себе в жены турчанку! Скромна, грациозна, нежна и покорна, предана семье и верна мужу. Чего еще может желать мужчина?!
В Турции женщин берегут, не отправляют работать на фабрику, в магазин или торговать на рынке. В Стамбуле не увидишь женщин, устало бредущих с работы домой по солнцепеку. Женщины дома, с детьми – в тени садов или кондиционированных благоустроенных квартирах. Поэтому лица у женщин светлые, кожа нежная, как у европейцев. И кто сказал, что женщинам на Востоке плохо? Они заняты семьей, воспитывают детей, ведут хозяйство. Конечно, есть некоторые ограничения. Например, на улицах города турчанка, как правило, появляется либо с мужем, либо в сопровождении матери, свекрови, сестры или подруги. Так требует мусульманский обычай, а в Стамбуле 95 процентов населения исповедуют ислам.
Турецкие семьи большие и дружные. Об одной такой семье мне поведала молодая дама, которая путешествовала с нами на круизном теплоходе. Она с маленькой дочкой отправилась погостить к матери. Сама родом из С-Петербурга, вышла замуж за турка и уже пять лет живет в Стамбуле. Семья у нее хорошая. Заботливый муж, добрые свекровь и свекор, и еще много-много родственников, с которыми она часто видится на большой загородной вилле. Там несколько раз в год собирается вся родня, человек тридцать: жены, дети, отцы-матери, девери-свекрови…Мужчины наезжают, когда позволяет работа. Время проводят в беседах, купании в бассейне и других развлечениях. Еду готовят женщины старшего поколения, а роль невесток – мыть посуду, убирать со стола.
Во время своего рассказа Лена (имя этой молодой дамы) не уставала то и дело повторять с искренним восторгом: «Маму люблю, папу люблю, всех люблю.» Это она – о родителях мужа.. Рассказывала также, что «мама» не разрешает ей перегружаться домашними делами. Пусть невестка больше присматривает за дочкой. Даже обеды часто готовила сама и передавала сыном, чтобы молодая женщина не утруждала себя. Не скучно ли жить одними семейными хлопотами, спросила я. Не хочется ли побыть в обществе? Нет, отвечает, у нее здесь есть русские подружки, и муж не против, что они видятся. Он понимает, что Лена скучает по родине. В супруге своем Елена души не чает. И он тоже – все для семьи, любой доход в дом: благосостояние должно расти. Однако, в конце разговора Лена обронила как бы невзначай: «Были бы у нас такие мужчины, никто бы замуж в Турцию не выходил».
Детей на улицах Стамбула много, особенно совсем маленьких детей – в колясках с мамами и бабушками. Но они гуляют в парках и скверах возле мечетей, музеев, других достопримечательностей.
А как насчет паранджи и прочего ограничений в дамской одежде? Да, ограничения есть. Обычай требует свободный покрой длинного платья, чтобы фигуру не подчеркивать. Сверху легкий удлиненный жакет или плащ и непременно платок на голову. Но женщины умудряются так искусно подбирать цветовую гамму и рисунок, что выглядело это почти всегда изящно, стильно и очень заманчиво, в том смысле, что мне самой захотелось повязать на голову красивый платок. Такое одеяние целомудренно. Оно позволяет сохранить тайну, которую всегда должна иметь в себе женщина, чтобы быть загадкой для своего мужа до последних дней. Это сохранит мир и согласие в семье на долгие годы.
Что касается паранджи, то ее отменил еще первый президент Турции Ататюрк в 1923 году. Это он провозгласил Турцию республикой, и направил развитие государства по европейскому пути. Однако, в глухих деревнях азиатской части страны пожилые женщины все еще носят паранджу.
О восточных сладостях
Не придумаешь лучше гостинца родным и друзьям, чем восточные сладости. Поэтому мы и обратили свой взор на экзотический Египетский рынок пряностей. Тут у каждого торговца горы всевозможного снадобья, бесконечное разнообразие орехов-миндалей, сушеных и вяленых фруктов, травы и кореньев, ниспадающие водопадом с потолка ветви сладких колбасок, низки лущеного миндаля, омытого виноградным соком и застывшим на нем разноцветными сосульками. А уж ароматов… Идешь вдоль рядов и вдыхаешь, впитываешь в себя все это. А в кофейне неподалеку как раз сейчас готовят кофе, и его тугой, сбивающий с ног аромат заставляет нас поменять курс: трудно устоять, чтоб не испить настоящего кофе по-турецки в самом сердце Стамбула.
Сладости домой мы покупали у первого же торговца в бесконечном ряду. Когда мы попросили подобрать разные виды рахат-лукума в одну килограммовую коробку, его лицо просияло. Когда мы заказали 5 экземпляров – подарки родным, у него от счастья закружилась голова. «Одну минуту, мадам, одну минуту!» – носился он от прилавка со сладостями к весам, предлагая нам пробовать все новые и новые виды лукума. Он порхал, не касаясь земли. Отдельные рахат-лукумины падали на пол, и продавец носком ботинка ловко отправлял их под прилавок: с глазу долой. Чтобы скоротать наше ожидание, нам подали Apple tea – яблочный чай, популярный здесь напиток – в изящных рюмках-чашках. Очень вкусный!
Потом продавец уговорил нас купить домой еще знаменитую тахинную халву и фирменный турецкий чай, который здесь пьют мужчины по всему рынку, да и по всему городу. От такой сделки наш торговец сладостями от счастья едва не плясал. Он то и дело повторял: «Мадам, мадам!» и на прощанье вручил мне коробку прекрасного яблочного чая. «Это подарок, мадам, это подарок» – твердил он, и глаза его сияли. И еще в знак благодарности, продавец рассказал, что знаменитый турецкий рахат-лукум делается из виноградного сока, который подвергается сгущению, как у нас молоко. Это было для нас полной неожиданностью. Вот зачем непьющим мусульманам столько винограда на склонах гор!
Ах, Турция, страна загадок…Когда мы снова встретимся с тобой?
