Следующий из «Восьми бессмертных» («Ба сянь»), о котором пойдёт речь, это Цао Гоцзю, которого считают покровителем актеров и мимов.
#img_right#Цао Гоцзю был представителем правящего клана времен династии Сун (960- 1279 г.г). Его изображают в красной одежде и головном уборе чиновника высокого ранга с кастаньетами и с нефритовой дощечкой, держащим пару императорских эмблем, дающих право входить в императорский двор, так как он по рождению – член семьи одного из императоров Поднебесной.
Согласно «Запискам о чудесном проникновении бессмертного государя Чуньяна» Мяо Шань Ши (14 век), Цао Гоцзю был сыном первого министра Цао Бяо и младшим братом императрицы Цао Тай-хоу. Гоцзю – не имя, а титул для братьев императрицы, буквально – «дядюшка государства».
Цао Гоцзю с детства презирал богатство и знатность, мечтая лишь о «чистой пустоте» даосского учения. Повзрослев, он попрощался с императором и императрицей, и отправился бродить по свету. Император подарил ему золотую пластинку с надписью: «Гоцзю повсюду может проезжать, как сам государь».
При переправе через реку Хуанхэ перевозчик потребовал с него денег. Цао предложил ему вместо денег золотую пластину, и его спутники, прочитав надпись на пластине, стали оказывать ему царские почести, а перевозчик обмер от испуга. Тогда сидевший в лодке Даос строго сказал ему: «Если ушел в монахи, то зачем являешь свое могущество и пугаешь людей!» Цао склонился в поклоне и скромно ответил: «Как смеет Ваш ученик являть свое могущество!»
– А можешь бросить свою пластину в реку? – спросил Даос.
Цао тут же швырнул свою пластину в стремнину. Тогда Даос (а это был Люй Дунбинь) подумал, что этот человек достоин отправиться в Страну блаженных.
В Стране блаженных в это время пировали семь бессмертных. В разгар пира Ли Те Гуай, бывший распорядителем всех празднеств, сказал:
– Друзья, нас здесь семеро. Мы занимаем семь из восьми гротов в Небесных сферах. Если бы еще один бессмертный прибавился к нам, то круг бы замкнулся. Не знаете ли вы кого-нибудь достойного?
– Я слышал, что у императрицы Цао есть младший брат, нравственные качества и стремления которого соответствуют нашим взглядам. Как вы полагаете, не следовало ли принять его в наше общество? – спросил Люй Дунбинь.
Это предложение было одобрено всеми. Чжун Ли Цюань взялся испытать, насколько искренне брат императора стремится к постижению Дао.
| Читайте также: |
Жизнь же самого Цао в то время складывалась безрадостно. У Цао Гоцзю был младший брат, Цао Эр, который вел распутный образ жизни и делал всякие мерзости. Все это оскорбляло Цао Гоцзю, но исправить брата он не мог, а только своими попытками настраивал его против себя.
– Законы природы устроены так, что люди, творящие добро, будут вознаграждены, а поступающие дурно – погибнут. Мне стыдно за тебя, более того, я предвижу твою тяжелую судьбу – говорил Цао Гоцзю брату.
Брат не слушал его советов и убил одного ученого, чтобы овладеть его красавицей-женой. Женщина обратилась за помощью к Цао Гоцзю, но он прогнал её, и стражники избили её проволочной плетью. Цао Гоцзю заставил брата отказаться от красавицы, и брат бросил её в колодец, из которого женщину спас старец – дух одной из звезд. Тогда несчастная женщина добралась до неподкупного судьи Бао, который приговорил Цао к пожизненному заключению, а его брата казнили.
Когда государь объявил амнистию, Цао освободили. С тех пор он, в искупление грехов брата, стал раздавать милостыню нищим, расстался с семьей и друзьями, и удалился в горы, где в одиночестве стал изучать Дао. В горах его посетили два таких же, как он, отшельника. Это были Чжун Лю Цуань и Люй Дунбинь. Они спросили, что он делает в одиночестве.
– Единственная цель моего пребывания здесь – постичь Дао, – ответил Цао Гоцзю.
– Где же находится Дао? – спросили они его.
– Дао там – сказал Цао и указал на небо.
– А где же небо? – спросили бессмертные.
Вместо ответа Цао Гоцзю указал на свое сердце.
Чжун Ли Цюань улыбнулся и сказал:
– Сердце есть небо, а небо есть Дао. Ты осознал в происхождение вещей! – и тотчас же превратил Цао Гоцзю в бессмертного.
